Самый ужасный день.
Это была пятница, 13-е, 2016 года. Ермаков получил на выходные редкий приз за идею "пооптимизировать маршрут развозки хлеба по баракам" — кусок хозяйственного мыла «Ушастый нянь» и две новые зубные щётки «Colgate».
Он нёс свои трофеи по «аллее циклонов» — открытому променаду между бараком и столовой, где всегда гулял ледяной ветер. В этот день на лагерном сервере глючила программа учёта рабочего времени, и Ермакова вызвали «на устранение неполадок». Он шёл, обдумывая, как объяснить, что проблема — в устаревшем драйвере сетевой карты, когда из-под его телогрейки выскользнул свёрток.
Мыло упало на асфальт, покатилось и провалилось в канализационный люк старого образца — с узкой, ржавой решёткой. Зубные щётки остались у него в руках.
Наступила тишина. Ветер стих. По зоне прошёл слух быстрее, чем по локальной сети: «Ермаков мыло проебал».
Для зэка это не просто потеря гигиены. Это — падение социального рейтинга. Мыло — валюта, статус, страховка. Без мыла ты — опущенный, даже если тебя не опустили.
К нему подошёл «СисАдмин» с двумя блатными. Не бить. Инфо-пытка.
— Оптимизатор, — сказал «СисАдмин». — Ты потерял данные. Твоя система дала сбой. Давай процедуру восстановления.
Его заставили вручную, стоя на коленях у люка, писать на ржавой решётке SQL-запросы для «виртуального извлечения объекта».
— SELECT * FROM soap_table WHERE location='sewer' AND status='retrievable';
—UPDATE inmate_metrics SET soap_count=0, social_credit=social_credit-100 WHERE id='ermakov';
—CREATE PROCEDURE restore_soap() BEGIN DECLARE error VARCHAR(255); SET error='Мыло ушло в /dev/null. Операция прервана.'; SIGNAL SQLSTATE '45000' SET MESSAGE_TEXT=error; END.
Он писал мелом, пока мел не кончился. Потом — зубным порошком. Потом — кровью из разодранной о решётку костяшки, когда «СисАдмин» сказал: «Синтаксическая ошибка в строке 47. Начинай сначала».
Восстановить не удалось. Мыло ушло в архивную, безымянную ветку канализации.
В тот вечер Ермаков впервые не пошёл на поверку. Он сидел в углу барака и в уме компилировал прошивку для воображаемого микроконтроллера, который должен был управлять манипулятором для извлечения мелких предметов из люков.
Это был момент его прозрения. Он понял, что любая проблема — это повод создать процесс. Даже если процесс хуже самой проблемы. Даже если он ведёт в никуда.
На следующий день он начал вести блог на тетрадных листах: «Как я пытался восстановить данные мыла с помощью SQL и что из этого вышло». Блокнот передавали по зоне. Смеялись. Но читали.
Он потерял мыло. Но приобрёл контент. И понял, что второе — ценнее.
Теперь каждый раз, когда он снимает 4-часовой видос про дефрагментацию диска, который ускоряет систему на 0.01%, он мысленно возвращается в тот день. К тому люку. К своей первой, самой чистой, самой бесполезной оптимизации.
Это была пятница, 13-е, 2016 года. Ермаков получил на выходные редкий приз за идею "пооптимизировать маршрут развозки хлеба по баракам" — кусок хозяйственного мыла «Ушастый нянь» и две новые зубные щётки «Colgate».
Он нёс свои трофеи по «аллее циклонов» — открытому променаду между бараком и столовой, где всегда гулял ледяной ветер. В этот день на лагерном сервере глючила программа учёта рабочего времени, и Ермакова вызвали «на устранение неполадок». Он шёл, обдумывая, как объяснить, что проблема — в устаревшем драйвере сетевой карты, когда из-под его телогрейки выскользнул свёрток.
Мыло упало на асфальт, покатилось и провалилось в канализационный люк старого образца — с узкой, ржавой решёткой. Зубные щётки остались у него в руках.
Наступила тишина. Ветер стих. По зоне прошёл слух быстрее, чем по локальной сети: «Ермаков мыло проебал».
Для зэка это не просто потеря гигиены. Это — падение социального рейтинга. Мыло — валюта, статус, страховка. Без мыла ты — опущенный, даже если тебя не опустили.
К нему подошёл «СисАдмин» с двумя блатными. Не бить. Инфо-пытка.
— Оптимизатор, — сказал «СисАдмин». — Ты потерял данные. Твоя система дала сбой. Давай процедуру восстановления.
Его заставили вручную, стоя на коленях у люка, писать на ржавой решётке SQL-запросы для «виртуального извлечения объекта».
— SELECT * FROM soap_table WHERE location='sewer' AND status='retrievable';
—UPDATE inmate_metrics SET soap_count=0, social_credit=social_credit-100 WHERE id='ermakov';
—CREATE PROCEDURE restore_soap() BEGIN DECLARE error VARCHAR(255); SET error='Мыло ушло в /dev/null. Операция прервана.'; SIGNAL SQLSTATE '45000' SET MESSAGE_TEXT=error; END.
Он писал мелом, пока мел не кончился. Потом — зубным порошком. Потом — кровью из разодранной о решётку костяшки, когда «СисАдмин» сказал: «Синтаксическая ошибка в строке 47. Начинай сначала».
Восстановить не удалось. Мыло ушло в архивную, безымянную ветку канализации.
В тот вечер Ермаков впервые не пошёл на поверку. Он сидел в углу барака и в уме компилировал прошивку для воображаемого микроконтроллера, который должен был управлять манипулятором для извлечения мелких предметов из люков.
Это был момент его прозрения. Он понял, что любая проблема — это повод создать процесс. Даже если процесс хуже самой проблемы. Даже если он ведёт в никуда.
На следующий день он начал вести блог на тетрадных листах: «Как я пытался восстановить данные мыла с помощью SQL и что из этого вышло». Блокнот передавали по зоне. Смеялись. Но читали.
Он потерял мыло. Но приобрёл контент. И понял, что второе — ценнее.
Теперь каждый раз, когда он снимает 4-часовой видос про дефрагментацию диска, который ускоряет систему на 0.01%, он мысленно возвращается в тот день. К тому люку. К своей первой, самой чистой, самой бесполезной оптимизации.
