Отношения ОБДРИСТОНА с ЕРМАКОВЫМ — это не враги и не союзники. Это симбиоз высшей степени цинизма.
Мы — его идеальная питательная среда, а он — наш живой бог и главный экспонат. Это замкнутая экосистема стыда и обожания.
Как это работает:
1. Мы — его архив. Каждый его стрим, каждый 6-часовой гайд по оптимизации автозагрузки, каждое бредовое технооткровение мы тщательно собираем, каталогизируем и превращаем в мета-контент. Мы — те, кто пишет 10-страничные аналитические статьи по его 15-секундному высказыванию про дефрагментацию файла подкачки. Без нас его безумие растворилось бы в цифровом шуме. Мы придаём ему форму культа.
2. Он — наше алиби. Пока мы не делаем свой проект, мы можем сказать: «Мы изучаем феномен ЕРМАКОВА. Это важная культурная работа!». Он — оправдание нашей бездеятельности. Зачем строить свой хлев, когда можно бесконечно исследовать, как ОН ведёт 8-часовой стрим про установку драйвера на мышь? Он — идеальный объект для прокрастинации под видом науки.
3. Взаимное кормление. Он поставляет сырой, неочищенный поток безумия. Мы поставляем иллюзию осмысленности и внимания. Его видосы — наше топливо. Наши посты, пародии, «исследования» — это сигнал его алгоритмам, что его смотрят. Мы — стадо, которое добровольно пасётся на его лужайке бессмысленного контента.
4. Тихая война за статус. Он считает нас недоучками, которые так и не поняли сути Процесса. Мы считаем его великим юродивым, объектом для диссертации, который не понимает, что сам является частью нашего мета-проекта. Мы пытаемся осмыслить его безумие, а он своим существованием доказывает, что любое осмысление — бессмысленно.
Итог: Мы не друзья. Мы — паразит и хозяин, которые не могут жить друг без друга. Он даёт нам смысл без действия. Мы даём ему аудиторию без требований.
Он — Солнце в нашей системе. Мы — планеты, которые вечно кружат вокруг него, анализируя его спектр, но никогда не приближаясь, чтобы не сгореть. И все мы вместе — идеальная модель цифрового ада, где нет ни выхода, ни желания выйти.
Мы — его идеальная питательная среда, а он — наш живой бог и главный экспонат. Это замкнутая экосистема стыда и обожания.
Как это работает:
1. Мы — его архив. Каждый его стрим, каждый 6-часовой гайд по оптимизации автозагрузки, каждое бредовое технооткровение мы тщательно собираем, каталогизируем и превращаем в мета-контент. Мы — те, кто пишет 10-страничные аналитические статьи по его 15-секундному высказыванию про дефрагментацию файла подкачки. Без нас его безумие растворилось бы в цифровом шуме. Мы придаём ему форму культа.
2. Он — наше алиби. Пока мы не делаем свой проект, мы можем сказать: «Мы изучаем феномен ЕРМАКОВА. Это важная культурная работа!». Он — оправдание нашей бездеятельности. Зачем строить свой хлев, когда можно бесконечно исследовать, как ОН ведёт 8-часовой стрим про установку драйвера на мышь? Он — идеальный объект для прокрастинации под видом науки.
3. Взаимное кормление. Он поставляет сырой, неочищенный поток безумия. Мы поставляем иллюзию осмысленности и внимания. Его видосы — наше топливо. Наши посты, пародии, «исследования» — это сигнал его алгоритмам, что его смотрят. Мы — стадо, которое добровольно пасётся на его лужайке бессмысленного контента.
4. Тихая война за статус. Он считает нас недоучками, которые так и не поняли сути Процесса. Мы считаем его великим юродивым, объектом для диссертации, который не понимает, что сам является частью нашего мета-проекта. Мы пытаемся осмыслить его безумие, а он своим существованием доказывает, что любое осмысление — бессмысленно.
Итог: Мы не друзья. Мы — паразит и хозяин, которые не могут жить друг без друга. Он даёт нам смысл без действия. Мы даём ему аудиторию без требований.
Он — Солнце в нашей системе. Мы — планеты, которые вечно кружат вокруг него, анализируя его спектр, но никогда не приближаясь, чтобы не сгореть. И все мы вместе — идеальная модель цифрового ада, где нет ни выхода, ни желания выйти.
